Бывают соски как цветы,
бывают — как синяки.
И вот подумай-ка ты:
и то и другое соски!
вторник, 31 марта 2009 г.
понедельник, 23 марта 2009 г.
четверг, 19 марта 2009 г.
Мержи почудилось, что она улыбнулась. Коменж насмешливо вздернул верхнюю губу.
– Ничто так не украшает молодого дворянина, как глубокая рана, – заметил он. – Ведь правда, сударыня?
– В том случае, если дворянин честно ее заслужил.
– Что значит «честно заслужил»?
– Славу приносит только та рана, которую человек получил на поле боя. А раны, полученные на дуэли, – это совсем другое дело. Они ничего, кроме презрения, во мне не вызывают.
– Я полагаю, что господин де Мержи, прежде чем сесть на коня, имел с вами разговор?
– Нет, – сухо ответила графиня.
Мержи подъехал к Коменжу.
– Милостивый государь! – сказал он тихо. – Как скоро мы присоединимся к охоте, мы с вами можем заехать в чащу, и там я постараюсь доказать вам, что я ничего не предпринимал для того, чтобы уклониться от встречи с вами.
Коменж бросил на него взгляд, в котором можно было прочесть и жалость, и удовольствие.
– Ну что ж! Я не имею оснований вам не верить. А ваше предложение я принять не могу: только мужичье дерется без свидетелей. Наши друзья, которых мы в это дело втянули, не простят нам, что мы их не подождали.
– Как вам будет угодно, милостивый государь, – сказал Мержи и пустился догонять графиню.
Графиня ехала с опущенной головой: казалось, она была занята своими мыслями. Все трое молча доехали до распутья – тут и кончалась их дорога.
– Это не рог трубит? – спросил Коменж.
– По-моему, звук долетает слева, вон из того кустарника, – заметил Мержи.
– Да, рог, теперь мне это ясно. Могу даже сказать, что это болонская валторна. Будь я трижды неладен, если это не валторна моего приятеля Помпиньяна. Вы не можете себе представить, господин де Мержи, какая огромная разница между болонской валторной и теми валторнами, которые выделывают наши жалкие парижские ремесленники.
– Ее слышно издалека.
– А какой звук! Какая густота! Собаки, едва заслышав его, забывают, что пробежали добрых десять миль. Откровенно говоря, хорошие вещи делают только в Италии да во Фландрии. Как вам нравится мой валлонский воротник? К охотничьему костюму он идет. У меня есть воротники и брыжи «Сумбур» для балов, но и этот совсем простой воротник – вы думаете, его вышивали в Париже? Какое там! Мне его привезли из Бреды. У меня есть друг во Фландрии; если хотите, он вам пришлет такой же… Ах да! – перебил он себя и рассмеялся. – Какой же я рассеянный! Бог ты мой! Совсем из головы вон!
– Ничто так не украшает молодого дворянина, как глубокая рана, – заметил он. – Ведь правда, сударыня?
– В том случае, если дворянин честно ее заслужил.
– Что значит «честно заслужил»?
– Славу приносит только та рана, которую человек получил на поле боя. А раны, полученные на дуэли, – это совсем другое дело. Они ничего, кроме презрения, во мне не вызывают.
– Я полагаю, что господин де Мержи, прежде чем сесть на коня, имел с вами разговор?
– Нет, – сухо ответила графиня.
Мержи подъехал к Коменжу.
– Милостивый государь! – сказал он тихо. – Как скоро мы присоединимся к охоте, мы с вами можем заехать в чащу, и там я постараюсь доказать вам, что я ничего не предпринимал для того, чтобы уклониться от встречи с вами.
Коменж бросил на него взгляд, в котором можно было прочесть и жалость, и удовольствие.
– Ну что ж! Я не имею оснований вам не верить. А ваше предложение я принять не могу: только мужичье дерется без свидетелей. Наши друзья, которых мы в это дело втянули, не простят нам, что мы их не подождали.
– Как вам будет угодно, милостивый государь, – сказал Мержи и пустился догонять графиню.
Графиня ехала с опущенной головой: казалось, она была занята своими мыслями. Все трое молча доехали до распутья – тут и кончалась их дорога.
– Это не рог трубит? – спросил Коменж.
– По-моему, звук долетает слева, вон из того кустарника, – заметил Мержи.
– Да, рог, теперь мне это ясно. Могу даже сказать, что это болонская валторна. Будь я трижды неладен, если это не валторна моего приятеля Помпиньяна. Вы не можете себе представить, господин де Мержи, какая огромная разница между болонской валторной и теми валторнами, которые выделывают наши жалкие парижские ремесленники.
– Ее слышно издалека.
– А какой звук! Какая густота! Собаки, едва заслышав его, забывают, что пробежали добрых десять миль. Откровенно говоря, хорошие вещи делают только в Италии да во Фландрии. Как вам нравится мой валлонский воротник? К охотничьему костюму он идет. У меня есть воротники и брыжи «Сумбур» для балов, но и этот совсем простой воротник – вы думаете, его вышивали в Париже? Какое там! Мне его привезли из Бреды. У меня есть друг во Фландрии; если хотите, он вам пришлет такой же… Ах да! – перебил он себя и рассмеялся. – Какой же я рассеянный! Бог ты мой! Совсем из головы вон!
вторник, 17 марта 2009 г.
вторник, 10 марта 2009 г.
Известный китайский мореплаватель Чжэнхэ
Эта эпоха также известна походами китайца Чжэнхэ, комплексом его экспедиций (1405-1433, 7 плаваний от 44 до 62 кораблей, которые в 10 раз были больше 3-х кораблей Колумба). Он посетил Индию, Индокитай, Африку (привезли жирафа), Аравийский полуостров. Отдельные корабли возможно посетили Америку (или Австралию).
вот така вот борода..
вот така вот борода..
Подписаться на:
Комментарии (Atom)